Старичок выполз на нагретое солнцем крылечко и блаженно улыбнулся, щурясь под ярким светом.
— Красотища! — сказал он и почему-то добавил. — Блин, Клинтон.
Этот Клинтон лез на его язык постоянно, к месту и ни к месту. Он был и «блин, Клинтон» и «эх, ох, ух, Клинтон», и «Клинтон Потронович» и, в конце концов, просто «Клинтон»! И чего привязался этот президент какой-то чудной страны, дед не знал. Вот влезал везде и все...
Именно так случайно окрестил Билла Клинтона экс-президент России Борис Ельцин. Любопытно что, в Интернете ни в одном русскоязычном источнике мы не встретретили упоминание этого момента. Закралось сомнение, а действительно ли Борис Николаевич является автором этого прозвища-шаржа, или это гениальная выдумка писателя-сатирика Лиона Измайлова, написавшего для Елены Степаненко ее дебютный монолог «Письмо Блину Клинтону»? Набрав ключевые слова на английском языке, мы развеяли все сомнения. Первый же источник, архив сайта Би-би-си, в статье аналитика Стивена Далзела (Stephen Dalziel) о теплых отношениях президентов двух держав, США и России, рассказывает об этом курьезе, объясняя что «блин», не ругательство, а мучное изделие.
Редакция.
В историю уже вошел целый ворох различных, мягко говоря, курьезных эпизодов из жизни первого президента России — от так и не проясненной истории с покушением и падением в реку, дирижировании оркестром у Рейхстага, невыхода из самолета в Ирландии, якобы, по причине крепкого сна, до щипания стенографисток на официальном приеме и уж вовсе непрезентабельного пошатывания во время визита в Узбекистан.
В тоже время, Ельцин, безусловно, человек порывов, которые периодически проявлялись в его речи, действиях, принимаемых решениях. Чего только стоит его фраза, датированная 1997 годом: «А как нам дальше быть? Или, я извиняюсь, голую задницу подставить или все-таки как-то обеспечить себе, понимаешь, на востоке хорошее прикрытие...»
В биографии Б.Ельцина присутствуют факты, которые подтверждают то, что обычно такие люди как Ельцин, в силу своего психологического портрета на начальных должностях, достаточно конфликтны и не относятся к дисциплинированным, исполнительным подчиненным: он мог в год получить 17 взысканий. Но, в то же время, сверхценная идея, цель деятельности Б. Ельцина мобилизовывала его на достижение казалось бы недостижимого. Какими только видами спорта он не занимался: лыжами, гимнастикой, легкой атлетикой, десятиборьем, боксом, борьбой и волейболом. Смог вывести из тайги больных тифом друзей, сдать экстерном экзамены за 10 класс, имея только полгода для подготовки, и получить 12 рабочих специальностей.
Он тонко чувствовал психологию людей в период стрессовых реакций и учитывал ее в своей деятельности. Вот характерный фрагмент из его воспоминаний:
«...Работали с заключенными. Я сразу решил сломать традицию, когда им выводили такую заработную плату, какую они диктовали...
И вот заходит ко мне в комнатушку мастера такой громила, с топором в руках, поднимает его, заносит надо мной и говорит: «Закроешь наряды так, как полагается? Как до тебя, щенок, всегда закрывали?»
Я говорю: «Нет».
«Ну тогда, имей в виду, терять мне уже нечего, прибью тебя и не пикнешь».
Я чувствую по глазам, что он совершенно спокойно грохнет меня по башке, даже не моргнет. Я мог, конечно, увернуться или попытаться физически с ним как-то справиться, хотя комната маленькая, а топор он уже над моей головой занес. И тогда я решил действовать неожиданно. Голос у меня очень громкий, сильный, да еще в этой комнатушке... Я во все горло, как рыкну, причем резко, глядя в глаза: «Пошел вон!». Вдруг он опустил топор, выронил его из рук, повернулся и, согнув спину, молча вышел».
Эти биографические факты делают более понятным мастерское поведение Ельцина в моменты критических ситуаций.
Но точно так же отметился Ельцин и на филологическом поприще, явив миру череду умопомрачительных высказываний, некоторые из которых достойны занесения их в специальный сборник афоризмов, не уступивший бы по популярности сборнику знаменитого Козьмы Пруткова. Эти высказывания не требуют никаких комментариев, за исключением лишь некоторых уточнений. Вот, на наш взгляд, наиболее выразительная их подборка.
«Раньше я о нем (о М. Горбачеве) думал плохо. Теперь не думаю вообще».
«Мы с Колем (экс-канцлер ФРГ) встречались три раза. Вот такая мужская любовь!».
«Не стесняйтесь, так сказать, свой интеллект пополнить здесь японским интеллектом. Я вот сколько контактируюсь вот лично с Рю (об экс-премьере Японии Р.Хасимото), так и то чувствую, что становлюсь умнее».
«Видимо мы по характеру близки, поэтому он (о канцлере ФРГ Г.Шредере) идет на короткий контакт, и я иду на короткий контакт, а два коротких контакта не дают замыкание, а дают хорошую отдачу».
«Европа без России — это не Европа. Она только с Россией может быть большой Европой. И такой большой Европой, равной которой уже нет и не может быть на земном шаре».
«Надо осторожнее, понимаешь ли, в нашем мире, насыщенном разными видами оружия. А то не успеешь заметить, как террористы закидают самолетами, бомбами...».
«Не дай вам бог критиковать белорусов и Лукашенко. Иначе будете иметь дело со мной».
«Виктор Степанович Черномырдин большую жизнь прожил, побывал и сверху, и снизу, и снизу, и сверху...».
«Иногда, вот, обсуждая, скажем, с ним (о Е.Примакове) вдвоем или в другом составе, просто удовольствие, так сказать, испытываешь, как он находит эти решения».
«Два министра уперлись и не хотели этот вопрос решить. Мы взяли, разрубили их... Отставили в одну сторону одного, другого... И все пошло».
«Ну, может по экономике еще мысли есть, а по финансам даже трудно сказать».
«Там есть попечительский совет, и вот вместе они обсуждают, так сказать, план, как работать. И, конечно, не допускают, чтобы туда проникал, так сказать, секс, так сказать, спектакли и прочее, отчего нам надо постепенно все-таки избавляться напрочь».
«У меня теперь давление 120 на 80. Ночью разбуди — 120 на 80. Утром разбуди — 120 на 80. Во время большого стресса разбуди — 120 на 80. Во время важного заседания — 120 на 80».
«Я сегодня ночью — ну как-то готовишься... Ну, решил на свежую голову, так сказать, часа в два ночи почитать Пушкина. И знаете, оказалось не так просто!».
«Рожаете вы плохо. Я понимаю, сейчас трудно рожать, но все-таки надо постепенно поднатужиться...»
«Пятьдесят наименований микроэлементов в одной корове при ежесуточном кормлении. Вот поэтому она и дает».
Кстати, столь яркие «перлы», наполняли не только речь первого президенте России. Но, если у Ельцина это звучало довольно симпатично, то у остальных это лишь свидетельствовало об уровне культуры. Но это другая история.
Виктор Александров,
фото Corbis
|
|