Перестань. Не реви. Вот что ты плачешь? Как дитя, ей-богу. Да послушай, Ленок, нет у меня никого, кроме тебя. Нет, и не будет! Не «кутил» я ни с кем, и точка. Большая жирная точка. Какие там «девицы». Пойми ты, не до того было. Жизнью рисковали. Век монитора не видать, если соврал.
Ну, сколько можно-то? Опять ты за свое. Радоваться нужно, что я жив и здоров, а ты заладила: где был, где был? Пиво пил! Все равно не поверишь. Да, именно потому и не хочу рассказывать. Я сам в это с трудом верю. В голове до сих пор не укладывается. Не перестанешь, пока не расскажу? Жестоко. Смахивает на шантаж. Ну гляди. Сама напросилась.
Вальку-то, надеюсь, знаешь? Не, толстяк — Вадик. А Валька — наоборот, мешок с костями. Рыжий такой, сутулый, в очках. Вспомнила? Да-да, он самый. Хм...
Почему смеюсь? Просто представил, что за околесицу сейчас буду нести, и невольно усмехнулся. Сам бы ни за что не поверил, если бы мне такое поведали. Ладно, ладно, не кипятись. Присяду только...
Готова? Вся во внимании, значит. Тогда слушай...
***
 Итак, Валька и я... В общем, сидим мы у него дома. В зале. А зал у него... Не зал — стадион крытый: покуда из одного конца в другой идти будешь — кофе остынет. За окном темнота, хоть глаз выколи. Внутри ничем не лучше. Так, монитор мерцает. Ну, глаза еще Валькины горят. За это его и уважают: с огоньком работает. Почему без света сидим? Так это... Вальке он сосредоточиться мешает. Чудной наш Валька, как и все гении.
Словом, горбимся мы перед компьютером, кофеек дуем помаленьку и кумекаем над очередной «прогой». Программой то есть. На часах полночь, а она не идет ни в какую — и все тут. Шеф работой завалил по самое не хочу.
Сидим в тишине. Не в полной, конечно. Винчестер шуршит, да cooler поскрипывает, с шорохом гоняя воздух. Иногда Валька поругивается. А я тебе скажу, если Валька сквернословить пускается, то задачку нам, видать, и впрямь подкинули неприступную — как Брестская крепость. Зато Вальку это только заводит, и любо-дорого поглядеть на него во время работы. Про глаза я уже говорил, а с каким изяществом пальцы «клавы», клавиатуры то бишь, касаются, с таким лучшие пианисты по фортепьянным клавишам не стучат. И скорость, скорость! Веришь — нет: за руками уследить невозможно. Ладони над «клавой» так и порхают, так и порхают.
И что там Галактика! — вся Вселенная, похоже, свернулась для Вальки до размеров рабочего стола, и никакая сила не оторвет его от «компа».
Время идет. Вальке хоть бы хны, у меня глаза слипаются. Гляжу на часы: пол первого. Вот тут-то и слышу, как поблизости, будто, высоковольтные провода затрещали. Оглядываюсь. Да где в такой тьме увидишь чего.
Осторожно толкаю Вальку в бок, тихо спрашиваю, дескать, слышишь? Он кивает, бурчит под нос, мол, проводка плохая, контакты там. Тем временем звук усиливается. Даже не знаю, как объяснить, что с воздухом в комнате творится. Сгущается он, что ли, напряжением каким-то наполняется. Вальке-то по барабану, что там сгущается...
Дальше? Ох, дальше... Может быть, не стоит? Хорошо-хорошо, не злись. Рассказываю. Ты только не плачь.
Значит так. Не знаю, сколь долго продолжалась эта канитель с воздухом и слышался треск. Но потом он внезапно стих, и во тьме вспыхнули огоньки! Ярко-желтые, величиною с наперсток. Да, вот так. Из ниоткуда и неизвестно зачем, в противоположном конце зала. Бац — и вспыхнули.
Валька-то по-прежнему ничего не видит и не слышит — уставился в монитор, как баран на новые ворота. И не подозревает, что за спиной деется. Я-то поначалу думал, что это у меня от недосыпа. Все-таки почти сутки не спал. Мало ли чего. Вот-вот, и у меня глаза тоже на лоб полезли. Чертовщина? Да, чертовщина. Хотя настоящая чертовщина позже началась.
Огоньки эти словно живые. В стайку сбились и закружились быстро-быстро. А у меня вдоль позвоночника страх уже вовсю холодок гоняет: туда-сюда, туда-сюда. Смотрю на них, будто завороженный, и слушаю, как Валька по клавишам наяривает. Пошевелиться не могу, язык к небу прилип. Ну подозреваю, сейчас что-то будет...
Что-что?! Они как вспыхнут разом! А на их месте, не поверишь, очутился... самый настоящий демон. Вот я это и сказал. Покраснел? Покраснеешь тут. Чувство такое, будто непристойность какую незнакомцу бросил.
Как выглядит? Ну демон и демон. Здоровущий, рогатый. Кожа бурая с серым отливом, клыкам во рту тесно, как многодетной семье в коммуналке, хвост крокодилий, глаза по ложке и пылают раскаленными конфорками. Ткни в них сигаретой — наверняка задымится.
Понятное дело, у меня сердце в пятки — бух, а веки сами собой — хлоп. Размыкать не решаюсь. Все еще надеюсь, что глюки одолели. Слышал, бывает такое, когда человеку долго спать не дают. Думаю, подожду немного, пускай отдохнут.
Валька не унимается. Барабанит по клавиатуре. Потом вдруг затихает, и я понимаю почему: свет в зале включили. Веки у меня хоть и крепко-накрепко сжаты, но свет-то все равно чувствую. Люстра у Вальки — огромная, лампочек в ней без счета. Да черт с ней, с люстрой. Не до нее было, когда Валька над ухом благим матом заорал. Я и не подозревал, что Валька так умеет. Он ведь обычно не говорит — мямлит под нос что-то невразумительное.
И это, скажу я тебе, был страшный крик. Нечеловеческий. Крик женщины, у которой увели любимую побрякушку, и крик кошки во время случки одновременно. Я на крик-то обернулся, глаза открыл и увидел...
Ну, во-первых, как Валька стремительно со стула слетел и в угол забился. При этом клавиатуру из рук не выпустил. Он ей как щитом закрылся от того, кого я увидел «во-вторых». Стоит, гад, словно у себя дома, по сторонам зыркает, потолок рогами карябает. Рога-то у него о-го-го! А Валька, между прочим, только-только ремонт сделал. И, как назло, удачно демонюга обосновался — прямо перед входом в зал. Не сбежишь. В окно? Какое там. Девятый этаж.
Ну, постоял демон так с полминуты, затем и говорит по-человечески: «Ах простите-извините, все время забываю об этом». Он, видите ли, запамятовал внешность сменить, прежде чем в Валькину квартиру телепорхнуть. Конечно, какой пустячок. Он забыл, а мы со страху помирай. Заработался «бедняга», закрутился, вылетело у него из головы, что люди подобных ему привыкли видеть только по ту сторону экрана, но никак не по эту.
 Значит, щелкнул супостат проклятущий пальцами, и под ногами у него как полыхнет! С треском, ярко. Даже Валька по такому случаю клавиатуру опустил. Опустишь тут, когда тебе квартиру спалить хотят. Пламя-то от настоящего не отличишь! В общем, взметнулось оно до потолка — и исчезло, как будто и не было его вовсе. А на месте демона появился обычный мужичок средних лет в черном костюме.
От сердца, конечно, немного отлегло. Но нахождение в зале постороннего, который совсем недавно царапал рогами потолок, все равно как-то мало радовало.
Представился, правда, честь по чести: Ник, демон какого-то там звена. Хотя то, что он далеко не ангел, мы и так поняли. Но не суть важно. Главное, зачем он нагрянул посреди ночи!
 Не знаю, как Вальку, но меня причина его явления изумила. Понимаешь, ТАМ, оказывается, тоже прогрессом не брезгуют. Правильно, и компьютеры есть. А если есть они, то и все проблемы, с ними связанные. Вирусы, например.
Я ему, конечно, сразу предложил Касперским воспользоваться. Валька-то от испуга язык проглотил. Сидит в углу тихо, как мышь, только коленки ходуном ходят. А демон: «Вирус у нас специфический и Касперским никак не лечится. Как ни крути, нужно на месте смотреть».
Почему именно к нам обратился? Ну, положим, не к нам, а к Вальке. Лучшие ему по этому делу понадобились, а среди лучших все сплошь крещенными оказались. Остался лишь Валька из гениев. Он ведь, как и я, из народа — дитя семьи трудовой, так сказать.
В общем, отпирался-отпирался я до седьмого пота, что нам ТУДА никак нельзя. Но...
Демон только пальцами щелкнул, а мы... С криками, не без этого, провалились в Тартарары. И полетели. Куда? Наверное, все-таки не в рай. Меня зачем? За компанию, я думаю.
 Значит, летим двумя истребителями, причем на автопилотах. Ни шевельнуться, ни притормозить. Контроля над собственным телом — кот столько не наплачет. Летим по узкому и круглому тоннелю, к тому же красному, как знамя компартии. Аж в глазах рябит. Вокруг неустанно что-то пульсирует, шевелится. Жарища стоит нестерпимая — кошмар чукчи, одним словом. Думаю, еще немного, и кожа в буквальном смысле плавиться начнет, если перед этим меня от скорости не расплющит. Валька орет. Я ору. Демон лыбу давит.
Так мы летели и летели. Орали и летели. Покуда не выпали... Нет, никогда не поверишь.
В офис! В обычный среднестатистический офис, каких по стране больше, чем грешников в Аду. Кондиционера только нет, в остальном — все как полагается: жалюзи на окнах, столы, заваленные документами, полировочкой поблескивают и... компьютеры. Какой же офис без компьютеров! И если бы не демон в клетке, то совсем как у нас на фирме.
 Почему в клетке? Тут-то цербер и зарыт. За тем, собственно, Ник на работку-то нас и подрядил. Я уже говорил, что вирус у них в компьютерах завелся и хорошенько напроказничал. Естественно, не какой-нибудь там Троян. Нашим хакерам до таких вирусов, как демону до катарсиса. Для человека-то вирусяка эта неопасная, а вот для местной публики — страшнее смерти. Кто из них в монитор взглянет... Добреть начинает. Да ладно добреть, у них над головой нимбы возникают, точь-в-точь какие у святых и ангелов. Представляешь, клыкастый и рогатый демон, сосредоточение зла, можно сказать, и с нимбом. Вот и у того, что в клетке, тоже нимб меж рогов светится, а у самого рот скотчем заклеен.
Демона этого для наглядности в офис определили. Ник в качестве доказательств на секунду скотч отлепил, и зараженный ну орать: «Твори добро на всей Земле! Твори добро другим во благо!». Ника аж передернуло, одежда на нем так и вспыхнула от злости. Мы думали, он демона этого в клочья разорвет. Но потом успокоился, объяснил нам подробно, что к чему. Правда, мы и без него врубились.
Так сказать, из огня да в полымя. Ох, и подкинули нам работенку. Сели мы за компьютер рядом с больным демоном и сидели долго. До затекшего зада. Что делать. Это шефу можно наврать с три гигабайта, если работать лень. А тут...
 Благо Валька был в ударе, и организация на уровне оказалась. Кофе, кушанья разные, сигареты какие хошь. Прямо не Преисподняя, а Рай. Ник потом еще горилки тамошней принес. Как он пояснил, их умельцы давненько из старого адского котла самогонный аппарат смострячили. Отказываться, понятное дело, было страшновато, поэтому пришлось употреблять. Для спасения жизни как не употребить? А ты: почему перегаром разит, почему перегаром разит? Потому и разит.
Словом, потрудились мы на славу. Вирус изничтожили, антивирус сляпали. Ник и впрямь не соврал. Казалось бы, демон, а вот, поди ж ты, — слово сдержал. Поблагодарил, отпустил без всяких «но». Правда, опять этим тошнотворным тоннелем пришлось возвращаться, но уже без Ника. И без крика. Прямиком в Валькину квартиру.
Потом? Потом...
***
Оказывается, пока мы горбатились на Повелителя Преисподней, на Земле сутки минули. У них там, видать, время по иному идет. Но не столь важно.
Очутились мы аккурат в зале — уставшие как черти, сонные как мухи, а впечатлений куда больше вагона с маленькой тележкой. Два состава. Никак не меньше. И видим: сидит за «компом»... Как думаешь, кто?
 Не угадала. Самый настоящий ангел, тудыть его растудыть. Белые одежды из коллекции «лопни от зависти тетя Ася», нимб покруче демонского: светит ярко, словно Валькина люстра. Ну и крылья, естественно. Куда же без них? Без крыльев.
Чего он там делал? Хм... В Doom наш ангелочек поигрывал, пока мы не появились. Причем с таким азартом, что не сразу нас заметил. На секунду смутился, когда мы его за этим грешным делом застукали.
Ну, думаю, достанется нам сейчас на орехи. Как-никак Самому помогали. Ан нет!
Он, конечно, нас слегка пожурил, а затем... Предложил грешки искупить. Догадываешься, как? Верно. У них там, в райских компьютерах, тоже какой-то вирус объявился. Они про нас как-то разузнали, ну и решили привлечь. Перед этим, правда, окрестили по всем правилам.
Вот такие внеземные пироги. Как говорится, хотите — верьте, хотите — нет.
Степан Кайманов. |